Журнал «Отечественная история»

№ 3, 2004 г.

© П.П. Данилов   

И В БЛОКАДНОМ ЛЕНИНГРАДЕ
ДЕТИ УЧИЛИСЬ

П.П. Данилов

Данилов Павел Петрович, канд. ист. наук, ветеран Великой Отечественной войны.

 

Дети блокадного Ленинграда росли, работали и учились под разрывы бомб и снарядов, в условиях холода и голода. В блокированном городе оказались 2 554 тыс. ленинградцев, в том числе 400 тыс. детей. Эти сведения приводит Д.В. Павлов по данным выдачи хлебных карточек за сентябрь 1941 г. [1]. Детские карточки получали те, кому не исполнилось 12 лет. Детям старшего возраста полагались иждивенческие, с более низкими нормами снабжения, а 15-16-летние учащиеся ремесленных, железнодорожных училищ и школ ФЗО получали рабочие карточки. Однако следует учитывать, что в блокадном кольце оказались еще 343 тыс. человек, проживавших в неоккупированной части Слуцкого, в Парголовском и Всеволожском районах Ленинградской обл [2]. Среди них тоже были дети, но они не вошли в подсчеты Павлова, поскольку эти жители были приняты на государственное обеспечение хлебом только с 24 января 1942 г. [3].

Уже во время блокады на страницах газет "Ленинградская правда", "Смена", журнала "Пропаганда и агитация" и других изданий освещалось участие детей в защите родного города, их учеба и работа на предприятиях по выполнению фронтовых заказов. Конкретный фактический и обобщенный статистический материал по теме содержится также в ряде сборников документов и статей, в периодических изданиях [3]. Тем не менее данная проблема нуждается в более тщательном исследовании.

Уже в ночь на 23 июня 1941 г. ленинградцы услышали вой сирен воздушной тревоги. Летевшие со стороны Карельского перешейка две группы Ю-88 были встречены огнем зенитных батарей и к городу допущены не были. А утром 23 июня по распоряжению начальника противовоздушной обороны города полковника Е.С. Лагуткина началось строительство щелей открытого и закрытого типов, приводились в порядок бомбоубежища, была развернута система местной противовоздушной обороны (МПВО). В дополнение к ее штатным формированиям - пожарным командам, восстановительным и ремонтным полкам - создавались группы самозащиты из мужчин в возрасте от 16 до 60 лет и женщин - от 18 до 50 лет, имевших подготовку по нормам ПВХО 1-й ступени (противовоздушная и химическая оборона) или ГСО (Готов к санитарной обороне). В соответствии с решением Ленгорисполкома от 11 июля 1941 г. все население от 16 до 60 лет стало привлекаться к всеобщей обязательной подготовке к противовоздушной и химической обороне. Дети от 8 до 16 лет обучались пользованию средствами индивидуальной защиты [4].

В первых числах июля приступили к массовому строительству оборонительных сооружений на дальних подступах к Ленинграду. На "окопы", как тогда говорили, в районы по течению реки Луги двинулись эшелоны ленинградцев, в число которых были включены юноши с 15 и девушки с 16 лет, а их места в городских группах самозащиты заняли учащиеся 5-6-х классов. Так, я стал бойцом пожарного звена 359-й средней школы. Дежурили через сутки. В одном из помещений школы для нас были сделаны нары, на которых лежали матрацы, набитые сеном. По сигналу "Воздушная тревога" мы быстро вскакивали и, набрасывая на голову каски, накидывая через плечо противогазы, хватая рукавицы, мигом устремлялись на свои посты. По месту жительства мы также являлись бойцами групп самозащиты. Кроме пожарников, в нашей группе были и санитарки. Ими были девочки из 8-9-х классов. Директор школы M.Г. Лукьянова была начальником объекта. В ее штате оставалось несколько пожил ых учительниц (учителя были призваны в армию, а молодые преподавательницы находились на строительстве оборонительных сооружений).

Захватив 8 сентября Шлиссельбург, немцы прервали сухопутную связь города со страной. Ленинград оказался в блокаде. Вечером того же дня немецкая авиация совершила первый массированный налет. На Московский, Красногвардейский и Смольнинский районы было сброшено 6 328 зажигательных бомб. Возникло 178 пожаров и различные мелкие возгорания [6]. К утру совместными усилиями пожарных команд и бойцов групп самозащиты огненную стихию удалось ликвидировать. Зажигательную бомбу, упавшую около нашей школы, учащиеся быстро забросали песком и землей.

С того дня налеты немецкой авиации на город стали почти ежедневными. В отдельные дни воздушные тревоги продолжались по 10 и более часов. Часто они сопровождались артиллерийскими обстрелами. Наряду со взрослыми в ликвидации последствий воздушных налетов принимали участие и дети [7]. Отмечая заслуги гражданского населения в борьбе с последствиями вражеских бомбардировок, Ленгорисполком 29 октября 1941 г. наградил 56 человек ценными подарками, 85 человек были удостоены почетных грамот, а 19 получили денежные премии. Среди награжденных были и школьники Виктор Куропат, Валентин Чадров, Юрий Гамелайнен, Евгений Гладков и др. [8].

В сентябре 1941 г. ожесточенные бои шли на окраинах города. Горожане готовились к уличным боям. Из комсомольцев и пионеров создавались специальные подростковые группы. Во время налетов немецкой авиации учащиеся выслеживали ракетчиков и сигнальщиков. На случай уличных боев юноши и девушки готовились стать разведчиками, связистами, подносчиками боеприпасов, санитарами, проводниками через проходные дворы.

Блокированный с юга и востока немецкими войсками, а со стороны Карельского перешейка армией финнов, город испытывал острый недостаток металла, угля, нефтепродуктов, электроэнергии. Наибольшие же трудности сложились со снабжением населения и войск продовольствием. Уже 2 сентября были сокращены нормы продажи хлеба, а 9 сентября - и других продуктов питания. В первый год войны для детей и иждивенцев были установлены нормы хлеба, показанные в таблице. Из других продуктов питания в сентябре 1941 г. для детей были установлены следующие нормы (г в месяц): крупа и макароны - 1 200, мясо - 400, жиры - 500, сахар и кондитерские изделия - 1 700, рыба - 300. Для иждивенцев нормы были ниже на 600 г по крупе и макаронам и на 200 г - по жирам и сахару [9].
 

Нормы выдачи хлеба в Ленинграде в июле 1941 г. -феврале 1942 г. (г в день) *

Дата введения нормы
Норма
для иждивенцев
для детей
июль
2.09
12.09
1.10
13.11
20.11
25.12
24.01
11.02
400
300
250
200
150
125
200
250
300
400
300
300
200
150
125
200
250
300

* См.: Ленинград в Великой Отечественной войне Советского Союза. Т. 1. С. 119.

По октябрь включительно продовольственные карточки отоваривались полностью. С ноября фактическая реализация продуктов питания осуществлялась в зависимости от их наличия в городе и от объемов завоза. В первую декаду декабря продовольственные карточки не были отоварены вообще. С 14 декабря 1941 г. по 1 января 1942 г. по иждивенческим карточкам было отоварено по 200, а по детским - по 400 г муки, смешанной на 50% со жмыхом [10]. В третьей декаде декабря продовольственное положение осложнилось настолько, что лишь в результате разбронирования запасов муки, мясных и рыбных консервов из неприкосновенных запасов Кронштадта, кораблей и фортов Балтийского флота удалось обеспечить всем категориям населения нормы по сахару, мясу (рыбными и мясными консервами), а по детским карточкам и по жирам [11].

Несмотря на фронтовую обстановку, предполагалось, что с 1 сентября 1941 г. начнется очередной учебный год и 201 тыс. школьников, оставшихся в Ленинграде, вновь сядут за парты [12]. Однако тяжелые бои, развернувшиеся в сентябре под Ленинградом, не позволили приступить к занятиям ни 1 сентября, ни 1 октября. Лишь 26 октября исполком Ленгорсовета вынес решение о начале учебного года, и 27 октября в 103 школах из 408, функционировавших до войны, около 60 тыс. учащихся с 1-го по 6-й классы приступили к занятиям. С 15 октября начались занятия в спецшколах, а с 3 ноября за парты сели более 30 тыс. учеников 7-10-х классов [13].

Хорошо помню, как мы пришли в свою школу № 359. Занятия проводились 3 раза в неделю по 3 урока в день. Все учебные классы располагались в северном крыле здания, поскольку оно было наименее опасным при артиллерийских обстрелах. В школе было печное отопление, но поскольку дров было мало и отапливалась лишь меньшая часть здания, в классах было холодно. Занимались в пальто, валенках. Заданий на дом мы не получали. Писать приходилось редко из-за того, что онемевшие от холода руки плохо слушались, а чернила замерзали. В случае воздушной тревоги занятия прекращались, и мы переходили в бомбоубежище, расположенное в здании рядом со школой. Учащиеся с 1-го по 5-й классы занимались в квартирах, красных уголках, бомбоубежищах. В них было не только холодно, но сыро и душно. Керосиновые лампы плохо освещали помещение. Поэтому у малышей проводилось только по 2 урока в день по 20-25 минут [14].

Самыми тяжелыми для детей стали декабрь 1941 г. и январь 1942 г. Чтобы как-то поддержать силы школьников, в декабре после уроков давали по тарелке белкового дрожжевого супа, который мы ели с большим удовольствием, а на десерт маленькую баночку фруктового желе. Это хотя и мизерное дополнительное питание стимулировало посещение занятий и в какой-то степени поддерживало силы детей. Успехи в учебе были малоутешительными. Посещаемость занятий падала и уже к середине декабря все 6-е классы нашей школы были объединены в один. Из-за неявки учителей и учеников срывались занятия в младших классах. В январе 1942 г. в городе их посещали только 36 тыс. учеников [15]. По распоряжению Ленсовета в конце декабря 1941 г. - начале 1942 г. в школах начали прекращать занятия [16]. Тем не менее в соответствии с решением Ленгорисполкома для всех детей были проведены новогодние елки. Плата за билет составляла 5 руб., а для детей фронтовиков билеты были бесплатными. На праздничный обед нам разнесли по тарелке горячего супа с лапшой из серой муки и с маленьким ломтиком черного поджаренного хлеба, а на второе - кашу с мясной котлеткой. Суп дети съели, а второе и хлеб сложили в баночки и унесли домой, чтобы поделиться с членами своей семьи. Из содержимого подарка мне запомнились конфеты из льняного жмыха, пряник и 2 мандарина. По тому времени это было очень хорошее угощение.

Для учащихся 7-10-х классов елки были устроены в помещениях театра драмы им. Пушкина, Большом драматическом и Малом оперном театрах. Сюрпризом было то, что во всех театрах было электрическое освещение. Играли духовые оркестры. В театре драмы им. Пушкина был дан спектакль "Дворянское гнездо", в Большом драматическом - "Три мушкетера". В Малом оперном театре праздник открылся спектаклем "Овод". Температура в помещении была -15°. Зрители сидели в пальто. На обед им дали суп-лапшу, пшенную кашу и 50 г хлеба [17].

После новогодних каникул из-за большой смертности от голода многие школы были закрыты. Городские запасы продовольствия к тому времени были исчерпаны, а его завоз осуществлялся в столь незначительных размерах, что лишь 13 января всем категориям населения было выдано по 100 г мяса, 200 г крупы и 200 г муки [18]. 200-граммовая пайка черного хлеба оставалась единственным продуктом питания для большинства детей на целый день. 31 января было объявлено о продаже детям в счет норм истекшего месяца крупы - 150, мяса - 200 и сахара - 250 г. Паек иждивенцев составил: мяса - 100 и сахара - 150 г [19].

Трудной была первая блокадная зима. Но даже в самое тяжелое время учителя и ученики 39 школ (в них обучалось около 2 тыс. детей) решили не прекращать занятия и со 2 января возобновили их [20]. Учиться в таких условиях было настоящим подвигом. К тому же учителям и ученикам приходилось самим заготавливать дрова, следить за чистотой, решать все другие хозяйственные вопросы. В июне 1942 г. в классах, где занятия не прекращались, были проведены весенние испытания. Требования были высокими, но большинство школьников получили отличные и хорошие оценки и были переведены в следующий класс. Из 542 выпускников 10-х классов 70 получили аттестаты с отличием, или, как тогда говорили, с "золотой каемочкой". 3 июля для выпускников средних школ во Дворце пионеров был устроен общегородской праздник. Каждый из них получил подарок и книгу с надписью: "Окончившему полный курс школы №... в Ленинграде в 1941/42 году в годы Отечественной войны и блокады".

Увеличение поставок продовольствия дало возможность с 11 февраля не только обеспечить его регулярную реализацию всем категориям населения, но и существенно повысить нормы. Для детей они составляли (г в месяц): крупа и макароны - 1 200, сахар - 500, мясо - 400, жиры - 400. Иждивенцы получали на 200 г меньше крупы и на 100 - сахара [21].

Улучшение продовольственного снабжения города позволило Ленгорисполкому принять 21 апреля 1942 г. решение о возобновлении работы школ. В основу учебного процесса было положено повторение материала предыдущего года, военно-физическое и общественно-политическое воспитание. В различных местах были расклеены объявления, что учащиеся, желающие продолжить обучение, должны до 25 мая зарегистрироваться в школах своего микрорайона. Ослабленных детей, которые не могли заниматься, зачисляли в школы с временным освобождением от занятий.

В итоге с 4 мая за парты 148 школ Ленинграда и Кронштадта сели около 64 тыс. учащихся [22]. Они были поставлены на котловое довольствие, нормы по которому были значительно выше, чем по детским карточкам. Из расчета на день учащиеся с 1-го по 4-й класс получали по 300, а с 5-го по 10-й - по 400 г хлеба, крупы и макарон - 100 г, мяса - 50, жиров - 30, сахара - 30 г. Кроме того, школьники получали по 10 г чая и по 50 г кофе в месяц [23]. Дополнительно по своим карточкам учащиеся выкупали по 200 г масла и по 300 г сахара в месяц [24]. Перед началом занятий дети завтракали, а после уроков обедали. Педагогические и родительские комитеты установили строгий контроль за работой столовых, поскольку были выявлены случаи обворовывания учащихся. Так, в результате одной из проверок было установлено, что в столовой при школе № 239 Октябрьского района учащиеся недополучали половину причитавшегося им масла, треть крупы и часть хлеба [25].

Поскольку дети физически были ослабленными, в младших классах проводилось по 3, а в старших - не более 5 уроков в день. На каникулы - а они начались с 30 июня - все ученики 5-10-х классов выехали в совхозы и подсобные хозяйства предприятий и учреждений. Так, учащиеся 239-й школы трудились в Пери - подсобном хозяйстве завода "Судомех". Жили в сарае. После завтрака работали на прополке овощей, а с конца августа - на их уборке. В общей сложности школьники города обработали 30% посевной площади совхозов и подсобных хозяйств, ими было прополото 1 836 га посадок огородных культур и окучено 80 га картофеля [26]. За лето дети окрепли, избавились от дистрофии и цинги, так как в рацион их питания входили редис, морковь, свекла. Особенно они любили турнепс, называя его блокадным бананом.

Летом 1942 г. во всех районах города была проведена серьезная работа по учету детей школьного возраста. За лето многие из них были эвакуированы. Существенно изменилось расселение жителей города - из прифронтовой зоны и домов, разобранных на дрова, большая часть ленинградцев переехала в центр или во Ржевку. На 1 сентября было учтено почти 15 тыс. ребят, подлежащих обучению в начальной школе. В связи с резким уменьшением количества учащихся многие школы из разряда средних были преобразованы в неполные средние или начальные. В общей сложности действовало 14 средних, 65 - неполных средних и 15 начальных школ [27]. С помощью воинских частей и шефских организаций в школах был произведен косметический ремонт, приведены в порядок крыши, двери, восстановлены системы водоснабжения и канализации. Паровое отопление было заменено печным. Для обогрева помещений было поставлено более 10 тыс. куб. м дров [28]. Активное участие в этой работе принимали учителя и учащиеся. Только в Октябрьском районе в воскреснике, состоявшемся 8 ноября, участвовало 1200 ребят [29].

Занятия в младших классах начались 15 сентября. В результате дальнейшей работы по выявлению детей школьного возраста удалось привлечь к обучению еще 6 тыс. ребят в возрасте до 14 лет, уже работавших на производстве. Они получили возможность продолжить образование в вечерних школах. По состоянию на 31 декабря количество учащихся в начальных классах было доведено почти до 21 тыс. С 15 октября после возвращения с сельскохозяйственных работ к занятиям приступили 6 тыс. учащихся 5-10-х классов.

Для всех школьников было введено З-разовое питание. Домашние задания выполнялись в школе. Учебной и художественной литературой школы были обеспечены. Сложнее было с тетрадями. Поэтому для черновиков использовали некачественную бумагу, а чаще газеты или листы из старых журналов и книг. В связи с сокращением сроков обучения учебный план 5-10-х классов был сокращен на 85 часов в год, но было увеличено количество занятий по физкультуре и военному делу. По ряду предметов были внесены частичные изменения в программу. Так, учащихся стали знакомить с литературой об Отечественной войне. При изучении гуманитарных наук большое место уделялось воспитанию патриотизма. В преподавание математики, физики и химии были введены элементы военных знаний.

Во вторую блокадную зиму школы работали без перебоев. Однако трудностей было достаточно, поскольку многие дети еще не оправились от последствий первой блокадной зимы. Болезни, лечение в стационарах, уход за больными членами семьи, работа на огородах отрицательно сказывались на посещаемости занятий и успеваемости. Выжив, значительная часть детей на какое-то время утратила интерес ко всему происходившему. Они были замкнуты, неразговорчивы и малоподвижны. Однако, преодолевая слабость, они постепенно включались в активную школьную жизнь. В немалой степени этому способствовало то, что в декабре 1942 г. для ослабленных детей в возрасте от 3 до 13 лет были открыты столовые усиленного детского питания (УДП). При этом дети из семей военнослужащих и инвалидов имели право на получение бесплатного питания или частичную его оплату. С 1 января 1943 г. к столовым УДП стали прикреплять на З-разовое питание всех ослабленных школьников вне зависимости от возраста [30]. Нормы основного и усиленного детского питания постоянно увеличивались.

В соответствии с постановлением Ленгорсовета и Ленинградского горкома ВКП(б) от 3 октября 1943 г. для физически слабых учащихся неполных средних и средних школ, сдавших в школы свои продовольственные карточки, были установлены следующие дневные нормы усиленного питания: 500 г хлеба и 200 г овощей и картофеля. Кроме того, в месяц они получали: крупы и макарон - 2 300 г, мяса - 1 600, жиров - 700, сахара - 800, муки пшеничной - 750, муки картофельной - 300, сухофруктов - 600, чая - 12, кофе - 300, галет из белковых дрожжей - 200, варенья, кефира, суфле - 6 000, молока соево-миндального - 2 000, желе и киселя из соевого молока - 2 000, повидла овощного - 1 000, сметаны казеиновой - 750, молока солодового - 2 000 г [31]. Поскольку большинство ленинградцев имели огороды, дети получали питание и дома. Все эти факторы положительно сказывались на их здоровье и успеваемости, 27 тыс. учеников успешно закончили учебный год. В основном это были учащиеся с 1-го по 7-й классы. Старшеклассников было мало. Во всем городе имелось только 54 класса последних трех лет обучения, где занимались 733 учащихся [32].

Ленинград был городом-фронтом, и все дети вели себя как фронтовики. В школу и домой шли по той стороне улицы, которая была наименее опасна при артиллерийских обстрелах. Поскольку еще с 22 июля 1941 г. было известно, что и немцы, и финны намеревались использовать против ленинградцев отравляющие вещества, в школу ходили с противогазами. Иногда на уроках для тренировки занимались в них. В случае тревоги быстро складывали в сумки для противогазов учебники и организованно переходили в убежище. Активизировалась работа комсомольских и пионерских организаций. Основной задачей воссозданных тимуровских команд стала забота о семьях воинов-фронтовиков и инвалидах войны. Для семей фронтовиков тимуровцы заготавливали дрова. В госпиталях навещали раненых, выступали перед ними с концертами, читали им книги, газеты, писали письма родным и знакомым, когда бойцы не могли этого сделать сами. Письмо, написанное учащимися 205-й школы детям, находившимся на оккупированной территории, было оформлено в виде листовки и разбросано с самолета. В 1980-х гг. один ее экземпляр был обнаружен директором этой школы в краеведческом музее города Выборга. Из тех, кто подписал это письмо, М. Ирошников стал доктором исторических наук, Ю. Быдин - доктором физико-математических наук, профессором Электротехнического института, Э. Михайлова - врачом-анастезиологом в Военно-медицинской академии.

В соответствии с постановлением Ленгорсовета и бюро Ленинградского горкома ВКП(б) от 29 апреля 1943 г. 8 685 учащихся с 4-х по 10-е классы на период летних каникул были мобилизованы на прополку, поливку овощей и уборку урожая в совхозах и подсобных хозяйствах Ленинграда и области. В целях лучшей организации труда и отдыха в совхозах и подсобных хозяйствах были созданы лагеря по типу пионерских. Отряд включал несколько звеньев-бригад, которые комплектовались отдельно из мальчиков и девочек. Ответственность за работу лагерей несли директора школ или назначаемые ими лица. Рабочий день и нормы выработки для учащихся 9-10-х классов были установлены наравне с рабочими совхозов и подсобных хозяйств. Для учащихся 4-8-х классов был введен менее напряженный режим рабочего дня. Как и все, начиная рабочий день в 8 часов 40 минут, учащиеся 4-6-х классов заканчивали работу в 11 часов 40 минут, 7-8-х классов - в 13 часов 40 минут. Далее следовал обед и послеобеденный отдых. После чая, в 17 часов, дети снова приступали к работам, которые продолжались до 20 часов. После ужина проводилась военно-физкультурная подготовка, кружковая работа, отрядные и звеньевые мероприятия. В 22 часа 30 минут ребята шли спать.

Оплата труда производилась сдельно по существовавшим в хозяйстве тарифам за норму выработки, установленную для школьников. Для учащихся 4-х классов она была на 50% ниже, чем для рабочих хозяйства, 5-6-х классов - на 40%, 7-8-х классов - на 20%. При этом для учителей и школьников, работавших в совхозах и подсобных хозяйствах, применялись все меры поощрения, установленные для работников совхозов. Стоимость питания школьники оплачивали из своего заработка (в зависимости от возраста от 4 до 6 руб. за суточный рацион) [33].

В конце сентября учащиеся возвратились с сельскохозяйственных работ, и с 1 октября начался новый учебный год. В школах и жилых домах действовали водопровод и канализация, было восстановлено электрическое освещение. Не стало проблем с дровами. И хотя город все еще находился в осаде, для детей это был нормальный год с полной учебной программой. После снятия в январе 1944 г. блокады началась реэвакуация населения. Вместе с взрослыми возвращались и дети. Открывались не только новые классы, но и ранее закрытые школы. Было восстановлено всеобщее обязательное обучение, возобновлена работа Дворца пионеров и районных домов пионеров и школьников. Открывались детские библиотеки. С лета 1944 г началось массовое возвращение ленинградцев в родной город. Если осенью 1944 г. к занятиям приступило 90 тыс. школьников, то к началу 1945 г. их было уже более 120 тыс. Для вновь прибывших открывались дежурные классы, вводились вторые смены. Начальные и неполные средние школы преобразовывались в средние, поскольку особенно быстро шел приток учащихся старших классов. К лету 1945 г. в Ленинграде действовали 7 начальных, 102 семилетних и 82 средних школы [34].

Примечания

1. Павлов Д.В. Ленинград в блокаде. Л., 1985. С. 81,82.

2. Там же.

3. ЦА МО РФ, ф. 217, оп. 1258, д. 90, л. 108.

4. Героическая молодежь на страже города революции. Л., 1942; Ленинград в Великой Отечественной войне Советского Союза. Сб. док. Т. 1. Л., 1944; Оборона Ленинграда. Сб. ст. Л., 1968; Дети города-героя. Сб. ст. Л., 1974; Эстафета вечной жизни. Сб. ст. СПб., 1995; 900 героических дней. Сб. док. М.; Л., 1996; Любимый город - родина моя. Сб. ст. М., 2003.

5. 900 героических дней. М.; Л., 1966. С. 43, 45.

6. Павлов Д.В. Указ. соч. С. 51, 52.

7. Оборона Ленинграда. С. 15; Был город-фронт, была блокада... Л., 1984. С. 15.

8. Патриот. 2002. № 18. С. 11.

9. 900 героических дней. С. 289, 290.

10. ЦА МО РФ, ф. 217, оп. 1258, д. 8, л. 54, 55.

11. Там же, л. 90, 91.

12. 900 героических дней. С. 361.

13. Там же, с. 361,362, 364.

14. Оборона Ленинграда. С. 74.

15. 900 героических дней. С. 360.

15. Оборона Ленинграда. С. 743.

17. 900 героических дней. С. 240, 408.  Был город-фронт, была блокада... С. 43.

18. Ленинградская правда. 1942, 13 января.

19. Там же, 31 января.

20. Буров А.В. Блокада. День за днем. 22 июня 1941 г. -27 января 1944 г. Л., 1979. С. 325.

21. ЦА МО РФ, ф. 217, оп. 1258, д. 91, л. 29.

22. Оборона Ленинграда. С. 748; 900 героических дней. С. 362.

23. РГАСПИ.ф. 17, оп. 43, д. 1150, л. 46.

24. Там же, л. 16.

25. Там же, д. 1 154, л. 27.

26. Буров А.В. Указ. соч. С. 256.

27. 900 героических дней. С. 370.

28. Там же. С. 365.

29. Буров А.В. Указ. соч. С. 182.

30. РГАСПИ, ф. 17, on. 43, д. 1 154, л. 5.

31. Там же, д. 1 160, л. 93, 106.

32. Оборона Ленинграда. С. 750, 751.

33. РГАСПИ, ф. 17, on. 43, д. 1 157, л. 32.

34. Ленинград. Краткий исторический очерк. Л., 1964. С. 518.
 



VIVOS VOCO!
Апрель 2005